Возвращение

«И все же я счастливый человек. Нет, скорее удачливый. Ха.. человек!» Отрекшаяся сидела на берегу залива, скрестив ноги. Она поднесла руку к лицу и задумчиво рассматривала тонкие костлявые пальцы, лишенные плоти суставы и сухую, потрескавшуюся кожу. “Я скорее похожа на мумию. Одну из тех, что видела в детстве на картинках в книгах по археологии, которые привозил отец. Андорал, где я выросла, хоть и был аграрным сердцем Лордерона, лежал на пересечении торговых путей и был важным перевалочным пунктом для торговцев из Столицы Лордерона, из Стромгарда и Даларана, и даже из Кель’таласа. Бывали у нас и заморские гости — с Кул-Тираса. Разного рода торговцев в ярмарочные дни в Андорале было больше, чем местных жителей.

Зачастую отцу удавалось обменять или купить у заезжих купцов весьма редкие книги, как тот пыльный томик по Археологии, в котором я рассматривала всякие диковинные артефакты, окаменелости и… мумии. Теперь я сама как один из тех высушенных мертвецов. Которому просто повезло чуть больше. Повезло! Я чертовски удачливая мумия, ха!”

Нежить рассмеялась неожиданно громким смехом, спугнув стайку птиц из высокой травы. Иней, ее белый кот, выпрыгнул из прибрежного кустарника и недовольно фыркнул. Кажется, ему испортили охоту. Однако, следы крови и мелкие перья, прилипшие к мордочке, свидетельствовали о том, что голодным он не остался. Кот уселся рядом и принялся энергично вычищать белую, как иней, шерсть..

Отрекшаяся вновь погрузилась в раздумья. “Мне повезло, это точно. Если подумать, мало кому выпадет шанс на вторую жизнь. Если уж ты умер, то умер совсем. То есть окончательно и бесповоротно. Как правило, все именно так заканчивают свое существование — на кладбище под надгробной плитой, у которой никто не проронит слезу, а ветра и непогода через десятки лет вместе с именем сотрут и память о тебе. Для меня же и многих других отрекшихся жизнь там только началась. Вторая жизнь. Не сказать, что осознание этого факта прошло так уж гладко для моего разума. И все же со временем я пришла к выводу, что это лучше, чем бесконечное ничто, в которое мы погружаемся после смерти.

Да, удача явно не покидает меня — выжить в осажденном Подгороде было так мало шансов. Я видела слишком много смертей в тот день, видела вторую смерть Лордерона. Город, умерший дважды. Какая трагичная история.. Вождь и правда знала, что делает, старый разбойник оказался прав. Столица отрекшихся разрушена и похоронена под слоем чумы, ядовитые испарения будут смертельны для всего живого еще сотни лет. Но город не достался Альянсу! Лордерон ничей и он мертв. Ну а я пока “жива” и чтобы оставаться такой как можно дольше, следует быть аккуратней. Не очень то осмотрительно сидеть на вражеской территории и глазеть на Боралус, раскинувшийся на противоположном берегу залива. Темнеет. В низину с моря, словно зверь на мягких лапах, наползает туман. В городе на противоположном берегу начали зажигаться фонари. Красиво… Где-то там она. Моя сестра.. Мы виделись с ней впервые за мою посмертную жизнь еще до осады Лордерона, в Нагорье Арати, где Орда и Альянс по инициативе этого заносчивого юнца, короля Андуина, организовали встречу отрекшихся с близкими. Весьма сомнительное мероприятие, закончившееся столь трагично. Не понимаю, почему Темная Госпожа на это пошла. Впрочем, не мне судить — политика слишком сложна для моего понимания. Но это совсем другая история, о которой подумаю в другой раз, а сейчас надо выбираться отсюда.

***

В Зулдазар наш корабль прибыл уже за полночь. Пирамида, погруженная во мрак тропической ночи, выглядит зловеще, но мне это даже нравится. Пламя от факелов и жаровен отражается в позолоте величественных арок и строений.  Алтари местным богам “лоа” и сгустившиеся тени создают атмосферу мистики и жертвоприношений. Из порта поднимаюсь по широкой лестнице на Большой Базар, где к этим жутковатым ощущениям примешиваются запахи пряностей, тропических фруктов и дыма, пахнет экзотической едой и.. брутозаврами, а на самых бедных ярусах и чем-то похуже. Над головой раскинулось черное бездонное небо, усыпанное мириадами звезд..

Порт Зандалара

На Базаре даже ночью многолюдно. Где-то вдали слышен ритмичный бой барабанов, а улицы наполнили сомнительные дельцы, портовые рабочие, бедняки и такие же искатели приключений, как я. Хочешь остаться незамеченным — слейся с толпой. Одиночки здесь привлекают внимание, а мне оно совсем ни к чему. Направляюсь в сторону таверны “Да пребудут с тобой духи”, ставшей моим пристанищем в Зандаларе.

— Эй, воротила, у тебя не найдется пары медяков? — меня окликнул сидящий у стены тролль-бедняк. Кладу в его огромную трехпалую ладонь один золотой и вспоминаю фразу маленького зандалара — «у меня есть десять пальцев! и только шесть из них мои». Дикий народ…

— Спасибо! Ты сама доброта! Это просили передать тебе, — бедняк протягивает мне свиток. Он аккуратно свернут и опечатан сургучной печатью.

— Дружище, от кого это… — поднимаю взгляд на странного бедняка, но его уже нет, успеваю заметить лишь тень, скрывшуюся за поворотом. Ускоряю шаг вслед за ним, расталкивая прохожих и оставляя позади возмущенные возгласы:

— Эй, смотри куда прешь!

— Духам это не понравится..

— Хватит, а то прокляну!

Наконец, мне удалось выбраться с оживленной площади и уже бегом огибаю угол здания. Никого. Из-за поворота быстрым шагом в мою сторону направляется стража — привлеченные шумом погони два тролля зандалара в покрытых золотом доспехах. Вот черт! Прячу свиток в дорожную сумку и оглядываюсь по сторонам. Будем импровизировать. В этот момент замечаю какую-то суету у соседнего здания, рядом с уложенными в три ряда ящиками. По всей видимости, их оставили портовые рабочие, которых конец смены застал где-то на полпути от порта до склада. На самом верхнем ящике, выгнув спину и распушив хвост, стоит мой кот и шипит на скачущих внизу маленьких длинноногих ящеров. Это портовые сауриды, невероятно шустрые животные с короткими передними лапами и вытянутой узкой головой. Хищные воришки, обитающие в порту и на Базаре. В тщетной попытке достать кота, они прыгают, рассекая зубами воздух.

— Иней! Вот ты где! Ну что за несносное животное! Ну же, иди ко мне, сюда! — стараюсь говорить достаточно громко, чтобы слышали стражи. Два тролля остановились, с недоверием глядя в мою сторону, — вот таааак! — отпихиваю ногой мелких хищников и протягиваю руки к коту, — вечно ты находишь себе неприятности! “Прям как я”,  — добавляю мысленно.

Убедившись, что противник ретировался, кот перестал шипеть и позволил снять себя с ящиков.

— Вот так, все хорошо, тшшш.. спокойно. Ну что мне с тобой делать?! Оставить смотрителю за питомцами? Иначе сцапает тебя местная живность..

Или того хуже — поджарят на вертеле и съедят, от этих дикарей зандаларов не знаешь что ожидать”,  — подумала я. И с котом в руках чинно прошествовала мимо стражи.. Да, да, да, знаю, “не забывай, что ты здесь в гостях” — слышу вслед предупреждение одного из стражей.. Обошлось без объяснений на этот раз. Отойдя на достаточное расстояние от бдительных троллей, отпускаю Инея на землю:

— Ну, бесполезный комок шерсти, на этот раз выкрутились, — Иней с видом оскорбленной невинности засеменил рядом, — ну-ну, не обижайся, не оставлю тебя у смотрителя! Ты же мой мелкий братец, компаньон и единственный друг.. Как все удачно сложилось. Везучие мы с тобой, ведь правда?! Ну же, пойдем посмотрим что это за послание…

Кот издал неопределенное “уррр” и странная компания скрылась в таверне..

***

Наконец, оказавшись в стороне от любопытных глаз, нежить достала из сумки маленький свиток. Хмурым взглядом поверх черной маски, скрывающей половину лица, отрекшаяся изучала сургучную печать.

Странно. Никаких опознавательных символов. Видимо, кто-то пожелал остаться инкогнито. Кому могло понадобиться связаться со мной таким способом здесь, в Зандаларе? Все распоряжения касаемо военной кампании я получаю от варлорда Натаноса Гнилостеня и боевых командиров. После ухода Ловчих Смерти в тень, основная часть нашей группировки вошла в состав нового подразделения — Карающая Длань. В числе этих бойцов оказалась и я, добросовестно выполняя поставленные перед нами задачи. Сейчас, вспоминая свою деятельность в Карателях, я осознаю, что эта группировка стала началом конца для нашей компании. Не объединенные общей идеей, не имея четких целей, со временем мы стали лишь группой ничем не связанных бойцов, преследующих свои личные интересы.

Вся эта ситуация повергла меня в состояние глубокой меланхолии и апатии, и в один день приняв решение, я сдала инсигнию группировки нашему командиру и ушла из Карателей. Теперь я сама по себе. Этакий монах-отшельник.. Что ж, послание не может быть от Карающей Длани. А Ловчие? От них очень давно ничего не слышно. Разве что… капитан Тич, с которым по-прежнему поддерживаем связь и временами пересекаемся в одной из таверн тортолланов чтобы пропустить по стаканчику те’киллера (напитка, весьма популярного у нежити). Во время последней такой встречи я кажется позволила себе лишнего и снова предалась ностальгии по Ловчим Смерти.

Впрочем, какой смысл гадать? Ломаю скрепляющую свиток печать и разворачиваю тонкий пергамент. В нем всего одна строка, написанная на наречии отрекшихся:

Монах, тебя ожидают в Расселине Теней. Советую поспешить. Посыльный.

Расселина Теней? Оргриммар.. И кто, черт побери, этот Посыльный? “Надо как можно скорее разобраться с этой загадочной историей” — решила Итеру. И как нежить, не обремененная какими-либо обязательствами, этой же ночью зафрахтовала место на корабль в Дуротар. Уже в каюте, под мерное покачивание судна, она размышляла о странном послании, о возможной опасности и о переменах, которые вновь так внезапно ворвались в ее жизнь, лишенную смысла. Это.. это так будоражит сознание! Неужели?! Да нет, не может быть..

Иней, слегка прифигевший от качки, забрался на колени к отрекшийся, бросил на нее взгляд, полный немого негодования и страданий всех поколений котов, ненавидящих воду. Затем спрятал нос в мягкие лапы и задремал.

— Потерпи, приятель.. Утром мы будем на месте, — и под монотонный шум волн, нежить погрузилась в состояние легкого забытья.

На корабле

***

Ранним утром корабль прибыл на Острова Эха. Спускаюсь по узкому трапу на берег. Мой оживший после морского путешествия кот в два прыжка соскочил на землю впереди меня. Дуротар, даже в столь ранний час, встретил нас изнуряющей жарой. Палящее солнце изо дня в день на протяжении столетий выжигало эти земли, сделав их совершенно непригодными для сельского хозяйства. Однако, оркам каким-то чудом удается поддерживать животноводство в регионах, где река Строптивая вышла из берегов, одарив живительной влагой сухую почву пустыни и дав жизнь скудной растительности. Но в отличие от Зандалара, где помимо нестерпимой жары, постоянно держится очень высокая влажность, жара Дуротара иссушающая. Песчаная пыль, раздуваемая ветрами, забивается везде, куда может попасть. Хочется натянуть маску до лба..

Выйдя из Бухты, направляюсь к ближайшему смотрителю стойл и уже на своем любимом боевом коне-скелете, превозмогая стойкое желание скрыться куда-нибудь в прохладу, отправляюсь в Оргриммар.

Самый короткий путь в Расселину Теней лежит через Аллею Силы и Волок. Мне же захотелось немного собраться с мыслями перед таинственной встречей и посмотреть город, в котором не была со дня отплытия в Зандалар. Перед крепостью Громмаш сворачиваю налево и направляю коня по подъему к Залу Легенд. Первое, и пожалуй самое печальное изменение на улицах Оргриммара — это беженцы из Подгорода. Как потерянные дети они ходят по улицам, стоят небольшими группами или сидят на земле вокруг костров.

— Помогите нам, у нас не осталось дома! — слышу возглас от одной из таких групп отрекшихся.

— У вас не найдется лишней золотой монетки? — ко мне подошел отрекшийся в аккуратной белой рубашке и синем жилете. Неопределенного цвета волосы торчат в разные стороны.. Он избегает смотреть в глаза, словно стыдясь самого себя и тех обстоятельств, из-за которых гордой и независимой расе приходится просить подаяния.. Я смущаюсь не меньше него и начинаю говорить всякую нелепость, лишь бы не заострять внимание на неловкости ситуации.

— О, конечно найдётся, дружище. Мне тут как раз подвернулся легкий заработок, как говорится, “легко пришло, легко ушло”, — достаю маленький мешочек со 100 золотыми монетами и передаю беженцу. Тот потупил глаза на свою руку с мешочком монет. Помолчав несколько секунд,  продолжил:

— Здесь так ярко светит солнце, я скучаю по теням… Да хранит тебя Темная Госпожа, монахиня!

— Как я тебя понимаю! Вот только подумать — в Оргриммаре не больше часа, но чувствую, как от этого пекла трескается кожа на моём лице. И песок везде, абсолютно везде! — наконец, я замолкаю и прощаюсь с беженцем — Да хранит и тебя тёмная Госпожа!

Худая костлявая фигурка, ссутулив плечи, шаркающей походкой возвращается к группе отрекшихся..  Натянув маску повыше на лицо, пришпориваю коня. Какое жалкое зрелище..

Наконец, подъезжаю к Расселине Теней — огромной пещере посреди Оргриммара, в которую ведет узкий тоннель в скале. Вход в этот тоннель обрамляют огромные, высеченные из дерева, острые бревна в форме бивней. Пускаю коня шагом вперед и меня окутывает сизый густой туман. Изнутри пещера освещена тусклым и неестественным фиолетовым огнем факелов, стоящих на треногах по периметру. Посреди Расселины останавливаюсь и спрыгиваю с коня. Вокруг никого. Лишь торговец реагентами, наставник магов и чернокнижников заняты своими несомненно важными делами в небольших строениях, возведенных из бревен и натянутых шкур. Оркский минимализм..

Что же дальше? На всякий случай вспоминаю боевые приёмы танцующего с ветром, хотя признаюсь, боец из меня никакой. Впрочем, как и лекарь весьма посредственный. Внезапно прямо перед моим лицом из теней появился отрекшийся разбойник, протянул конверт, который я машинально взяла, и вновь скрылся в тенях. Ошалело смотрю на очередное таинственное послание. Так, спокойно. В этот раз конверт скреплен печатью с гербом отрекшихся. Пожалуй, стоит найти уединенное место, где нет посторонних глаз. Таверна “Хвост Виверны” в Аллее Чести — незаслуженно обделенное вниманием заведение. Хорошая еда и напитки, и что немаловажно — хозяйка, умеющая держать при себе имена посетителей и прочие подробности о клиентах в своем заведении. То, что надо!

Спустя 10 минут я сижу на втором этаже таверны за низким столиком со свечами. На стенах шкуры диких зверей. Стульев, как ни странно, не предусмотрено. Передо мной кружка холодного мятного чая с мёдом и дымящийся кальян.

В таверне "Хвост Виверны"

Ломаю печать на конверте. Письмо, как и ожидала, написано аккуратным мелким почерком на наречии отрекшихся:

«Итеру! На днях знакомые тараканы на лапках донесли, что ты снова готова послужить во славу Королевы Банши под знаменем Ловчих Смерти. Это конечно радостная весть, но сейчас дела обстоят не столь хорошо. Подгород разрушен, многие наши воины пали в битве, агентурную сеть сильно потрепали. Меня разыскивают псы Матиаса Шоу, а большая часть Ловчих сражается на передовой.

За меня не беспокойся, я сейчас нахожусь в надёжном, и пока ещё безопасном месте.

Нашей Королеве нужно больше глаз, ушей и острых клинков во всех уголках Азерота. Поэтому я восстанавливаю тебя в рядах Ловчих Смерти, с сохранением всех заслуженных привилегий.

Вокруг тебя крутится много шпионов Альянса и не только. Оторвись от них и приходи туда, где ты помогла мне впервые. Наш агент будет ждать в таверне старого Бэйтса чтобы покончить со всем формальностями приёма на службу. Покажи ему это письмо и знамя Отрекшихся. Он знает, что делать.

Подписано — «Засекречен».

“Засекречен”? Не много ли секретов за последние пару дней? Впрочем, у меня уже нет сомнений касаемо автора этого послания. Да и методы работы говорят сами за себя. О моем желании вернуться в группировку знал только капитан Тич, благодаря моей излишней болтливости под парами те’киллера.. Старина Бэйтс.. псы Матиаса Шоу.. место, где мы впервые встретились.. Наконец, кусочки этой головоломки начинают складываться в отчетливую картину! Расплатившись с хозяйкой таверны, направляюсь в сторону вышек Дирижаблей.

***

У старины Бейтса, Гробница

Примерно через час в одной из таверн в Серебряном Бору на двери появилась табличка “Закрыто”. А внутри, за маленьким столиком, слышна неспешная беседа и смех. Там трое отрекшихся вспоминают былые похождения и отмечают возвращение одной монахини под знамена Ловчих Смерти. На внутреннем отвороте её куртки заняла свое привычное место инсигния Ловчих.

— Надо было видеть твоё лицо! ахахах.. — рассмеялся отрекшийся с ирокезом на голом черепе, для меня и по сей день остается загадкой, КАК он научился столь внятной речи без нижней челюсти.

— Это надо было видеть! — повторил он, — Даже под маф… маской читалось, что кое-кто по горло сыт загадками.. и готов побить любого на рафто.. расстоянии метра! ахаха!

— Ничего подобного, капитан Тич! Я сама терпимость.. до поры до времени. Кроме того, это вынужденные меры предосторожности, я понимаю.. — боюсь, мне не удалось скрыть раздражение за то, что мои эмоции читаются как открытая книга.

— А забыть его имя? Ну ладно, так и быть, принимаю твою отговорку. Будем фчи.. вот, черт! счи-тать “надышалась чумными парами, пролетая над Подгородом”

Вот это действительно было обидно! Я сразу поняла, что засекреченный автор письма — командир Ловчих Смерти Бельмонт, а место встречи — Серебряный бор, таверна старины Бэйтса. Однако, предъявив рекомендательное  письмо и штандарт отрекшихся встретившему меня разбойнику, не смогла выдавить из себя ни слова, кроме “Это от командира”. Радость переполняла меня! Вернуться в группировку, пусть и не в самые лучшие для нас времена — большое счастье и удача. Я действительно чертовски везучая нежить.

— Бэйтс, дружище, когда ты уже почтишь нас своей компанией?

Хозяин таверны заботливо расставлял на полки привезенные ему с островов бутылки экзотических и очень крепких напитков.

— А что вы скажете на счет “Конец пути”? — откликнулся Бэйтс, не оборачиваясь. Он бережно держал в руках заморскую бутылочку в виде черепа, на этикетке которой красовалась надпись «Сделайте глоток и насладитесь окончанием путешествия, куда бы вас ни занесло», — по-моему как раз в тему. Или нет, лучше это!

Наконец, остановив свой выбор на бутылочке друствейна (изысканное вино из Друствара), он присоединился к монахине и разбойнику. Иней забрался на одну из верхних полок и с довольным видом взирал вниз, на отрекшихся, из-под полуприкрытых век. Он безусловно считал себя хозяином ситуации — всегда и везде. Возможно, именно сейчас он думает, как ловко спас свою монашку от стражей, раздразнив тех двух не очень умных ящеров в Зулдазаре.

Таверна тем вечером оставалась закрытой для посетителей гораздо дольше часа..

 


Сию стену текста посвящаю чернокнижнику по имени Наз (он же разбойник — капитан Тич) в благодарность за ивент, устроенный в честь моего возвращения в гильдию. Спасибо! Это было интересно и… неожиданно =)

/аплодисменты

А также посвящаю моей любимой гильдии Ловчие Смерти, чьи лучшие времена остались в прошлом. Но память о них жива и может быть, однажды… Впрочем, не будем загадывать.

Тем же, у кого хватило терпения дочитать до конца и не умереть от скуки — отдельная благодарность.

/поклон